Кто будет конкретно. Арва Хайдер — девушка, работающая сейчас в лондонском филиале газеты Metro и писавшая куда только не; она довольно здорово понимает про так называемую мировую музыку — про нее и расскажет, лекция амбициозно (но, кажется, оправданно — см. Vampire Weekend, Die Antwoord и т.д. и т.п.) называется «Почему world music — это поп-музыка будущего?». Джон Макилдоуи — человек, работающий в компании Mean Fiddler, организующей сразу несколько важных английских фестивалей (The Great Escape, например), его выступление практически посвящено сложной судьбе ансамбля Tesla Boy (шутка) и именуется «Как зарубежная группа может прославиться в Великобритании с помощью живых выступлений». Далее — Дориан Лински, сотрудник газеты Guardian, что само по себе может служить отличной рекомендацией, автор книжки про историю протестных песен, тоже на волнующую нас тему выступает: «Поп и политика: может ли музыка изменить мир к лучшему?». Ну и как финальный аккорд — Джон Дайер, директор лейбла Domino, человек, чьему успеху во многом обязаны Franz Ferdinand и особенно Arctic Monkeys и который, несмотря на наличие подобных клиентов, продолжает выпускать кучу менее массовой и не менее интересной музыки. И продавать ее. В сети, в частности — лекция, соответственно, о том, как лейблам справляться с интернетом, заголовок — «Они называют это контентом, мы зовем это музыкой: как продвигать группы в интернете?».

Рассказывать все эти люди будут на английском без перевода (Британский совет же), но, думаю, для посетителей Пикника это помехой стать не должно. Ну и еще — в самом конце планируется круглый стол, в котором будут участвовать и английские лекторы, и наши эксперты, и тут уж все животрепещущие проблемы будут обсуждаться в формате дискуссии в прямом эфире. Короче говоря, приходите. Подробности здесьи здесь, например.

По такому случаю послушаем, как Аманда наша Палмер поет под укулеле и иные акустические инструменты песню «Idioteque» Radio наших Head. Вся эта затея с ЕР Аманды с перепевками композиций Тома Йорка и его напарников дурацкая немножко, конечно; с другой стороны, Аманда хорошая, песни еще лучше, ну и она их не портит никак, а местами даже какие-то любопытные измерения добавляет (в «Idioteque» как раз-таки особенно). Кто хочет певице сказать спасибо — пожалуйста (базовая цена в 84 цента обусловлена размером роялти, которые Аманда должна Radiohead платить). И до новых встреч. Хороших выходных.

Biffy Clyro«Only Revolutions»
Corinne Bailey Rae«The Sea»
Dizzee Rascal«Tongue N’ Cheek»
Kit Downes Trio«Golden»
Foals «Total Life Forever»
I Am Kloot«Sky At Night»
Laura Marling«I Speak Because I Can»
Mumford And Sons«Sigh No More»
Paul Weller«Wake Up The Nation»
Villagers«Becoming A Jackal»
Wild Beasts«Two Dancers»
The xx «xx»

О чем этот список как бы говорит нам? «У нас в Англии все ужасно уныло, скучно и предсказуемо, зато есть очень хорошая группа Wild Beasts и гениальная группа The xx» — как-то так примерно. Конечно, немного глупо отсюда обрушиваться с критикой на каких-то там британских номинаторов, но, черт, какое же болото, если вот по такой картине смотреть. Ну то есть — дежурные белые мальчики и девочки с заунывными песнями под гитару. Дежурный делегат от черной музыки, в которой, кажется, никто из голосующих толком не сечет, но выдвигает, потому что надо (и, кстати, такие нередко побеждают потом). Дежурный ветеран-пенсионер, выставленный за былые заслуги (притом что предыдущий альбомПола Уэллера был раз в восемь лучше этого). Дежурная джазовая пластинка, которую я дежурно не слышал; посмотрим, вдруг это откажется что-нибудь настолько же прекрасное, как Portico Quartet. Ну и так далее. I Am Kloot, май эсс, мне вот только-только этот альбом вокалист Editors в интервью рекомендовал — нашел, видимо, музыку более тоскливую, чем его собственная. Foals почему-то — как правильно вопрошаетнаша подружка Литтл Бутс, где These New Puritans? О том же пишет мое любимое сетевое издание The Quietus, а еще оно сообщает, что Fuck Buttons вроде как сами отказались в конкурсе участвовать. Ну и правильно сделали.

В общем, ох. Если The xx не победят… А впрочем, они точно не победят, никогда такие не побеждают; выиграют, скорее всего, как раз какие-нибудь I Am Kloot или Мамфорд с сыновьями. Ну или Диззи. И черт с ними со всеми.

Ее делает промогруппа Casa (которым кудос и миллион алых роз). Ее спонсирует компания Renault.

Хедлайнер фанк-сцены — Джанель Монэ.

Nuff said.

(Впрочем, все-таки одна важная подробность. Это никакой не диджей-сет и не караоке и ничего подобного — Джанель Монэ, автор лучшего дебютного альбома2010-гои вообще одной из пластинок года, главная молодая певица мира на сегодняшний день, летит в Коломенское с полным составом музыкантов, группой из 10 человек. Оркестр, туш.)

Довелось тут ознакомиться с новым — он же вроде бы официально последний — альбомом группы «Агата Кристи». Называется «Эпилог». Между прочим, занятная штука. Ну то есть — теоретически альбом представлялся последней сценой комедии, которую группа столь истошно и столь долго ломала. В смысле музыки (а также слов и прочих творческих обстоятельств) у них, по-моему, не было ничего интересного уже лет 15 как (а если по гамбургскому, то и подольше); за исключением, пожалуй, прошлогоднего выдающегося кавера на «Машину времени». Так что, когда случалось, слушал я их, как принято выражаться в интернете, ради лулзов — благо таковых всегда было в избытке. На «Эпилоге» тоже не обошлось — цитируя один из опусов, «Агата Кристи» регулярно радует нас своим факом. Апофеозом в этом смысле мне кажется композиция «В такси» с ее истерическим рефреном «она везет меня домой, ой-ой-ой-ой, ой-ой-ой-ой» — при этом, судя по тексту, речь в песне идет о дружеских посиделках, участники коих не в меру набрались и принялись ловить чертей. Короче, смешного порядком. Но это не главное.

На самом деле, «Эпилог» — по-моему, чуть ли не самая интересная пластинка «Агаты Кристи» за последнее десятилетие. Не из-за графомании в текстах и, разумеется, не из-за музыки — хотя и с ней все на удивление терпимо: это профессионально записанный форматный готический рок в неизбежных иссиня-черных тонах и с неизбежными стонами; чувствуется, что песни были неоднократно опробованы на публике — звук можно обозначить английским словом massive. Важнее другое. Не знаю, писалось ли уже об этом, но относительно распада «Агаты Кристи» существует распространенная теория, что вызван он политическими разногласиями в стане лидеров: мол, Глеб Самойлов — за несогласных и вообще оппозиционер, а Вадим — друг Суркова и вообще коллаборационист. Поразительным образом «Эпилог» эту теорию абсолютно подтверждает: песни Вадима и Глеба тут строго чередуются, и получается настоящий эпистолярный роман. Доходит до реального диалога: стоит Глебу заявить, что он «никого не продал», «не предал то, что любил», как Вадим отвечает в том смысле, что «разные люди, и каждый уверен, что вокруг него кружится земля». И так всю дорогу: Г. бросает упреки («кто-то предал, кто-то свой»), зовет в последний бой и собирается радовать граждан своим факом со стен Кремля; В. отвечает вялой абстрактной романтикой примерно про то, что все уныло, смысла нет, революции ни к чему, «от этих людей заразных вращение земли такое опасное», «еще немного поболит, и скоро все само пройдет». Наблюдать за этой потаенной дискуссией дико любопытно (пусть она ничем и не заканчивается); и вот правда — кто бы мог подумать, что линия социального раскола пройдет прямо по братьям Самойловым.

Ну и вот еще что. На ознакомление с «Эпилогом» меня инспирировала странная ситуация с негативной рецензией, опубликованной в интернет-издании Fuzz, а потом редакцией оттуда убранной — судя по всяким отголоскам и оговоркам в ЖЖ, чуть ли не по требованию непосредственно В. Самойлова и чуть ли не с угрозами обратиться непосредственно к В. Суркову (официальная формулировка гласила, что текст «отправлен на доработку в связи с тем, что оскорбляет чувства участников группы Агата Кристи, в частности, Вадима Самойлова»). Захотелось все-таки выяснить, что ж там в альбоме такого и что можно было написать, чтобы такую реакцию вызвать. Ну, не знаю; во избежание недопониманий песни с пластинки, по крайней мере, выкладывать не буду — найти, если захочется, элементарно. В любом случае, произошедшее, если дело вправду было так, не красит ни редакцию издания, ни тем более оскорбившегося артиста, начавшего грозить административным ресурсом: если в контексте внутренней интриги альбома это все еще как-то представляет собой предмет для исследования и размышления, то в отрыве от нее выглядит попросту гнусно.

Вот это вот выйдет 6 сентября. Я уже тут говорил про свое скептическое в целом отношение к ансамблю Hurts, но обложка — да, типа безупречная.

Другие новости того же толка. Эми Вайнхаус уверяет, что ее новая пластинка поступит в продажу не позже чем через полгода — то есть типа в январе 2011-го. Веры ей мало, но было бы неплохо. Зато новый альбом Blonde Redhead выйдет 13 сентября, называется он «Penny Sparkle».

И еще — отвечая на свои же риторические вопросы. Я недавно спрашивал, где Cut Copy. А вот они, оказывается, скоро выпускают третий альбом и по такому случаю обнародовали новую песню. Довольно никакую и довольно конъюнктурную, на мой взгляд; то есть можно, конечно, поверить, что те же люди некоторое время назад вот такое играли, но все равно.

Хотя понятно, что до вчерашнего дня этот эпитет мог сорваться с языка только при очень сильной необходимости; ни музыка Tequilajazzz, ни их жизнедеятельности никогда таких определений не требовали — что, по-моему, является большим достоинством. Как это было у одного популярного писателя — все понимают, что у гениев должны быть знакомые, но кто поверит, что твой знакомый — гений? Я не про свои личные отношения с ансамблем говорю (даже слово «знакомый» тут будет сильной натяжкой), а про отношения ансамбля со слушателем скорее. Можно было бы удариться в традиционные в таких случаях воспоминания (98-йгод, кассета «Целлулоид» с размытой обложкой; честно скажу, я ничего не понял и вернулся к «Текиле» только через пару лет) — но в этом нет никакого смысла, потому что в любви к Tequilajazzz никогда не было ничего ностальгического; а ведь даже, скажем, в любви к «Мумий Троллю» эти нотки уже заметны — см. происходящее на нынешнем Пикнике «Афиши». Они никогда не были группой «актуальной» (кроме, может быть, самого первого, «тамтамовского» периода — но ведь и «Вирус» сейчас слушается абсолютно без какой-то жесткой привязки) — и никогда слишком монументально не возвышались над временем; они не играли музыку текущего месяца — и не играли музыку для вечности; они, пожалуй, играли именно что музыку на каждый день, в лучшем смысле слова, — и оттого, что теперь их в прежней конфигурации не существует, в этом разрезе мало что меняется. Они существовали без драм, без падений и без каких-то особых взлетов, даже хиты у них были какие-то очень правильные, не самодовлеющие (в смысле «Зимнее солнце» и «Тема прошлого лета»); даже в течение этой семилетней паузы после «Выше осени» они всегда были где-то рядом, на них всегда можно было сходить и гарантированно получить порцию адреналина и прочих жизненно необходимых веществ; на них всегда можно было положиться — и оттого, что теперь, получается, нельзя, пожалуй, грустнее всего. Остаются записи, да; но тут еще, конечно, надо добавить, что концертов Tequilajazzz жалко особенно — вот в этом-то смысле они заметно возвышались почти над всеми, и «Молоко» — возможно, лучшая русская концертная рок-запись ever, и лучший звук, который я лично когда-либо слышал в клубе «Б1 Maximum», был в прошлом году именно на презентации «Журнала живого».

Впрочем, хватит сантиментов — как принято говорить в таких случаях, покойный этого очень не любил. Вот десять песен Tequilajazzz, за которые их буду помнить лично я (помимо традиционных обычных подозреваемых).

10. «Розенбом» («Стреляли», 1995)

9. «Пароль» («Выше осени», 2002)

8. «Пуля (Ага)» («Вирус», 1997)

7. «Легенда» («Целлулоид», 1998)

6. «Радио» («Журнал живого», 2009)

5. «Такая же, как и я» («150 000 000 000 шагов», 1999)

4. «Маленькая ложь» («Маленькая ложь», 2000)

3. «За хлебом» («Молоко», 2000)

2. «Полетел» («Вирус», 1997)

1. «Тени» («Молоко», 2000)

Впрочем, пусть будет и бонус-трек. (Вот, кстати, еще один абсолютно великий, на мой взгляд, альбом, который тоже Tequilajazzz во многом записали.)

В смысле — было и такое, и еще много чего; Tequilajazzz всегда были несколько больше, чем можно подумать просто по их дискографии. В смысле — ничего ведь, на самом деле, не кончилось. Есть как минимум Optimystica (куда менее мне лично близкая штука, чем «Текила», и тем не менее), и явно что-то еще будет. Так что — все в порядке. «Я еще жив и буду жить очень долго».

Анархопоп прямого действия
Первый альбом Майи назывался именем отца — и он был суров, но справедлив. Вторая пластинка — именем матери; и она была нахрапистой, но нежной. В за­головке третьего стоит имя самой певицы (правда, записанное в стиле, каким любят пользоваться малолетние пользователи чатов) — и это чистой воды бунт. Здесь воют сирены, визжат приборы, жужжат бензопилы, здесь электронные барабаны колотят на износ динамиков, здесь все ручки вывернуты до упора. Здесь на сорок минут времени — две с половиной мелодии, и то одна украдена у группы Suicide. Говорили, что Майя здесь пытается петь — ха: кое-где, конечно, пытается (выручает наш добрый друг автотюн), но в основном в смысле вокала альбом напомина­ет реплики Будиловой из сериала «Школа». «/\/\ /\ Y /\» — одна сплошная поломка, накладка, неполадка. Дрызг и брызг, шум и ярость, храп и хрип, шелест, шум и сип. Это запись, которую не послушаешь в компании — она слишком грязная и назойливая. Это альбом, который не включишь в наушни­ках — потому что немедленно начинает казаться, что наушники сломались. Это песни, которые как будто бы предназначены только для одного — чтобы включать их на всю громкость в динамиках дешевого телефона.
В некотором смысле, это вообще не музыка — деятель дабстепа и философ Стив Гудман (он же Kode9) придумал для таких вещей труднопереводимый термин «sonic warfare». Даже какие-нибудь Radiohead сейчас уже смирились с тотальной дефрагментацией культуры и отправились смирно возделывать свой сад — но не Майя: номинальная авангардистка, она, на самом деле, мыслит категориями грандиозного прошлого, понимает поп как больше-чем-музыку. Поп — это война; и если «Kala» можно было считать марш-броском, то «/\/\ /\ Y /\» — это уже неприкрытый теракт. Не в образном смысле; Майя вообще, кажется, не очень признает метафоры; альбом — это в буквальном смысле удар по лбу тупым предметом, коктейль Молотова, брошенный в витрину музыкального супермаркета. В этой связи все возможные рассуждения о стилистике альбома не совсем релевантны, хотя типа да — Майя инсталлирует зудящий вонки и злобный электри­ческий лоу-фай в мейнстрим, Майя отплясывает на одном танцполе с Леди Гагой и т.д. Существенно другое. Майя — живое воплощение всех возможных противоречий современной реальности: дочь террориста, увешанная бирюлька­ми за миллион долларов; защитница сирых и убогих, живущая в голливудском особняке; революционерка, числящая «Гугл» и «Фейсбук» за гэбэшников — и выпускающая альбом про все про это в специальном делюксовом издании. Внедрившаяся в золотоносный мир англоязычной поп-музыки, как разведчица во вражескую агентурную сеть, Майя — голос третьего мира, который смотрит на выкачивающий из него ресурсы (культурные в том числе) золотой миллиард исподлобья и копит злость. Этот голос может говорить глупости — но в нем ­чувствуется сокрушительная раскосая скифская сила. Этот мир нужно иметь в виду — потому что иначе он рано или поздно сам всех поимеет. И на самом деле, наше счастье, что у этого есть свой глашатай — Майя Арулпрагасам, малиновая девочка, чей взгляд откровеннее, чем сталь клинка.

Это моя мини-колонкаиз последнего номера «Афиши».

Кроме того, там же. Новые пластинки Scissor Sisters, The Rootsи The Divine Comedy. 5 новых электронных альбомов: Oneohtrix Point Never, Kode9, Pan Sonic, Вольфганг Войт и Scorn.

А еще — несколько важных жизненных премудростей от Орнетта Коулманаи схемаего персональных музыкальных связей. Коулман, собственно, играет в Москве уже сегодня, уже меньше чем через час — наверное, предупреждать кого-либо о его концерте поздновато, но, думаю, все заинтересованные и так были в курсе.